Недоросль или Кому на Руси горе от ума?

Предисловие

Как-то лет семь назад я встретил в трамвае маму девочки, которая училась у меня в тысяча девятьсот незапамятном году. Мы оба обрадовались встрече, и эта мама поведала мне историю о том, что ее дочь закончила школу с золотой медалью, сама (без взяток) поступила в медицинский институт и его закончила с отличием. Но при этом посетовала на то, что ее дочь частенько обижали в начальной школе, она часто приходила домой со слезами. Слезы прекратились после разговора мамы с учителем, пообещавшим оставить девочку в покое, просто не обращать на нее внимания.

Из этого мимолетного разговора в переполненном трамвае мне запомнилась такая фраза, которую мама успешной дочери бросила мне вдогонку: «А Вы знаете, таким детям в школе-то не рады». Ухо резанула горечь, с которой фраза была произнесена, и я почувствовал себя виноватым. Трамвай ушел, а горечь и чувство вины остались.

О том, как именно не рады в школе детям, прошедшим обучение по нашей программе раннего развития, которые еще в дошкольном возрасте имеют развитый интеллект, воображение, прекрасную память, много знают, умеют мыслить самостоятельно рассказывается в предлагаемой Вашему вниманию документальной статье рядового жителя города Самары – Гельмута Лоцмана.

Шарипов Р.Х.

Мне бы очень хотелось поделиться своми переживаниями, раздумьями и эмоциями по поводу раннего образования в России.

Я — папа 4-х летнего ребенка. Я обычный человек, который очень хочет, чтобы наши дети были лучше и успешнее чем мы (и это не мои нереализованные амбиции, это естественное желание каждого любящего родителя), и что, наверное, если у нас нет шансов изменить эту жизнь к лучшему, то такой шанс есть у наших детей. И, соотвественно, то, что происходит с нашим образованием в последнее время, натолкнуло меня на мысль, что оно не такое уж и совершенное, каким его пытаются нам представить. Я считаю, что образование ребенка должно начинаться с самого раннего возраста. Только тогда оно способно дать «разумные плоды». Заниматься со своим малышом мы начали еще до года. Все наше обучение проходило и проходит в игровой форме и занимает около 15 минут в день. Скажу сразу, мы не отнимаем у своего любимого и долгожданного ребенка детство. Он такой же, как и все остальные, также играет, хулиганит и общается со своми сверстниками. Есть одно небольшое отличие: в свои 4 года ребенок читает (не по слогам, а бегло), складывает устно трехзначные числа, пишет, решает пиксельные и точечные задачи, изучает атомы химических элементов. Я еще раз повторюсь, что это все ему не навязывается насильно. Все эти знания он получает в простой и ненавязчивой форме. Мы с ужасом думаем о том времени, когда ребенок, как и все, пойдет в школу и будет учиться читать по слогам (хоть и умеет читать бегло), считать до 20 (хотя знаком с миллионами — девятизначными числами), ему придеться ждать 8-го класса, когда можно будет приступить к изучению таблицы Менделеева (а изучает ее уже сейчас). После долгих обсужений, мы пришли к выводу, что будет лучше, если наш малыш будет продолжать учиться так, как он привык, но получит возможность проходить тестирование в общеобразовательной школе по итогам каждого года. И тогда, мы стали искать информацию о семейном образовании или образовании в форме экстернат. Получить такое образование имеет право каждый ребенок, проживающий на территории России. По закону, быть зачисленным в общеобразовательное учреждение, имеет право ребенок, достигший возраста 6 лет 6 месяцев, но бывают и исключения, если уровень подготовки такого ребенка соответствует более старшему возрасту. Таким образом, мы в свои 4 года, теоретически, имеем такое право (ну или должны иметь такое право). А вот как вышло на самом деле, очень хочется поделиться. И поверьте, поделиться только лишь для того, чтобы поднять вопрос о том, почему в нашей стране совсем не выгодно «выделяться» из толпы? И кому же в России, действительно, горе от ума?

Начал я с обзвона близлежащих общеобразовательных учреждений. Разговор начинал спокойно, даже несколько извиняясь, за то, что мы вот такие. Подробно описывал ситуацию, разъяснял, что умеет ребенок и почему нас интересует именно экстернат или семейное образование.

В 2-х школах мне сразу ответили отказом, даже не дослушав до конца. В третьей – сначала выслушали, но затем в достаточно грубой форме намекнули на то, что за такое самоуправство со стороны родителей грозит уголовная ответственность (!). Я попытался возразить, но мне дали понять, чтобы мы не занимались ерундой, ведь в нашей стране всем детям надо ходить в школу, и исключений нет! Наконец, мне удалось дозвониться до одной из школ, где меня выслушала завуч и сказала, что руководству школы, в принципе, всё-равно, но при условии, если мы сами добъёмся такого права в Департаменте Образования. Тогда, соответственно, им придется подчиниться! Не ухватиться за такую соломинку мы не могли. Наша готовность мгновенно ринуться доказывать свое право в Департамент была стопроцентной. Связавшись с Департаментом по телефону и объяснив ситуацию, я услышал в ответ, что лично приезжать туда нам, как раз не надо. Мы должны обратиться школу, написать заявление о зачислении в первый класс, представить заключение медико-психологической комиссии, а директор этой самой школы, должен самостоятельно написать ходатайство о зачислении ребенка, не достигшего возраста 6 лет 6 мес. в Департамент, а впоследствие, после получения одобрения, зачислить нас на обучение в форме экстернат. Особенно меня обнадежили слова о том, чтобы мы не волновались, все дети разные, да и экстернату в последнее время все больше и больше родителей предпочтение отдает! Мне даже как-то немного полегчало, хотя и особых надежд я не питал.

Дождавшись дня, когда директор выбранной нами школы (той, в которой нас хотя-бы выслушали) проводит прием заявлений о зачислении в 1-ый класс, мы поспешили заявить о себе, так сказать, «в открытом порядке». Удивительно, но нас уже ждали (предварительно был звонок из Департамента). Директор сказала, что ей уже сообщили о нас. Вела она себя довольно дружелюбно. Спокойно нас выслушала, поговорила с ребенком. Мой малыш, в свою очередь, рассказал, что в последнее время подробно изучал жизнь и творчество некоторых известных личностей, начал изучать строение человека. Директор, не поверив, даже задала несколько вопросов по вышеуслышанному, но ребенок не растерялся и ответил. Затем рассказал, что складывает трехзначные числа устно, прочитала предложенный ей незнакомый текст (бегло, а не по слогам), упомянула, что знает таблицу Менделеева. Директор, очень удивилась, но ребенок ей продемонстрировал свои знания, начав перечислять все атомы химических элементов по порядку. Примерно на 30-м элементе, директор сказала, что всего увиденного ей достаточно. Хотя и тестировать ребенка перед поступлением в 1-ый класс она и права никакого не имеет, но, тем не менее, поражена и чинить препятствий со своей стороны не будет. Затем, отправила нас к психологам, которые должны дать нам необходимое заключение о готовности к школе, а потом добавила, что после этого нам частным порядком, необходимо обратитьться в Департамент с прошением, о возможности зачисления в общеобразовательное учреждение (напомню, ранее в Департаменте Образования меня, как раз, уверили, что этим должен заниматься директор лично). Я было попытался сообщить об этом директору, но она мне на это ответила, что ей лучше знать как дело должно обстоять. Для меня этот вопрос не является принципиальным, лишь бы был результат!

Приехали в центр психологической помощи. Я опять, извиняясь, за то, что у нас такой, не совсем обычный случай, объяснил ситуацию, спросил можно ли с нами провести такую экспертизу и когда это будет удобно сделать, может быть нам предварительно стоит записаться. Одна из тех специалистов, что нас встретили и выслушали, отвернулась от нас и заглянув соседний кабинет, даже не стесняясь нашего присутствия произнесла следующю фразу, которая, на мой взгляд, имела предопределяющее значение: «Там какой-то сумасшедший своего ребенка привел!». Я возмутился, напомнив, что есть некие правила приличия, которые желательно было бы соблюдать! Нас окинули пронзающим взглядом, ну и, соответственно, оправдаться за происшедшее перед нами никто не сыизволил. Вместо этого собрали целую комиссию, но не для того, чтобы первым делом, пообщаться с ребенком, а для того чтобы «разобрать по косточкам мое неадекватное поведение»! Было сказано достаточно много не очень приятных слов, по поводу нашего решения учить ребенка за пределами стен наших родных общеобразовательных учреждений. Причем, мне даже не сразу разрешили объяснить почему мы приняли именно такое решение, по какой методике мы занимаемся, что умеет ребенок и почему, в конце концов, так будет лучше. Основная часть психологов, входящая в состав комиссии, в резкой форме выражала недоумение по поводу того, чему я могу вообще научить ребенка без «учителей из школы», понимаю ли я, что лишаю своего чада права на образование, которым вся страна так дорожит? Прозвучала фраза о том, что такими неблагонадежными семьями (!) должны заниматься органы опеки и попечительства, а за родителями должен осуществляться строгий надзор, так как ограничение ребенка в правах на получение общего образования в нашей стране карается, вплоть до лишения родительских прав. Это прозвучало для меня, как гром среди ясного неба. Значит, оказывается в нашей стране можно лишить родительских прав за то, что пытаешься воспитать, для этой же – нашей РОДНОЙ И ЛЮБИМОЙ СТРАНЫ, детей, которые способны сделать хоть что-то, чтобы вывести нашу РОДИНУ из глубочайшего кризиса? Или за то, что мы исполняем «заветы» руководства нашей страны: «Россия, вперед!!!». А может, за то, что, как раз, мы заботимся о психическом здоровье детей, обучая их по инновационной методике, которая в кратчайшие сроки (без вреда для здоровья ребенка, занимаясь по 15 минут в день (!)) позволяет добиться результатов выше, чем те, ради которых дети годами «сутулятся» за партой и получают «нагоняи» от преподавателей школы и родителей за неуспеваемость? За что именно? И потом, для того, чтобы лишить прав на ребенка необходимы веские основания (предположим, алкогольная или наркотическая зависимость, насилие в семье, плохой уход за детьми, жилищные условия…..). Или эти основания в нашей стране выдумываются каким-то неведомым образом? К примеру, действительно, а пусть этим основанием служит то, что некоторые дети в 5-6 лет знают и умеют больше, чем все остальные? А ничего страшного, что именно эти дети могут будущем, к примеру, спасти миллионы безнадежных больных (лекарства или методы лечения для которых пока еще не изобретены), или проводя исследования в различных областях науки и техники вывести человечество на принципиально новый уровень развития? Здесь я не смог сдержать своих эмоций! И выпалил им все то, что я обо всем об этом думаю. А потом, сделал замечание по поводу того, что уже полчаса они занимаются не совсем своим делом! Ведь все это время ребенок и находится рядом(!) и слушает, как на его отца проводится,своего рода, «атака». А ведь, все присутствующие имеют высшее психологическое образование(!), а значит, должны понимать что, даже если у них и имеется мнение, не совпадающее с моим (родительским), читать нравоучения в присутствии ребенка, да еще затрагивать тему о лишении родительских прав с их стороны недопустимо, и является грубейшим несоблюдением их должностных обязанностей! После моего пылкого монолога двое даже извинились за свои действия и слова, и согласились провести беседу с моим ребенком. Спросили, что он знает и умеет. Услышав перечень того, на что способно мое чадо в его годы, они удивились, развели руками и, в свою очередь, ответили, что по каким критериям определять интеллектуальное развитие таких детей они не знают(!) и какое заключение при этом писать, они тоже понятия не имеют(!). По этой причине, они посмотрят и проанализируют только психическое развитие. После этого стало проводиться, не совсем понятное мне, тестирование. Вопросы, которые были заданы, звучали не всегда корректно. Когда я делал попытки поправить психолога, и попросить, чтобы она разговаривала как с взрослым человеком, она мне отвечала, что видит перед собой 4-х летнего ребенком, а значит, будет разговаривать с ним именно как с ребенком. Вопросов и заданий было примерно 23-25. Выбраны они были, как мне сказали, для возрастной группы детей 5 лет. Ни одно из них, никаким образом, не касался ни интеллектуального развития (я об этом уже упоминал выше), ни отражал действительной картины о подготовке ребенка к готовности быть аттестованным по общеобразовательной программе. Как был подсчитан, в итоге, общий балл, для меня, до сих пор, остается загадкой. Нам насчитали 37 баллов. На мой вопрос по поводу нижнего и верхнего диапазона нормы, было сказано, что нормой являются показатели в 33-40 баллов. То есть, исходя из всего вышесказанного, нам вынуждены дать заключение, что психическое развитие соответсвует возрастной норме. И это максимум, что они могут сделать, так как любое тестирование перед поступлением в 1 класс запрещено.

На следующий день мы пришли за заключением, в котором было отобрано лишь 10 заданий (из 25!). Общий балл теперь был уже 35. Изменилась и нижняя граница нормы (34 балла). Я удивился таким изменениям, но мне сказали, что случай у нас беспрецендентный, и нам, лично, от количества написанных баллов хуже не будет (так как и без того, все в пределах нормы), а вот специалисты, входящие в состав комиссии, хотят себя обезопасить. Здесь же нас осмотрел невропатолог. Перед началом осмотра врачу сказали обратить особое внимание, так как случай у нас такой неординарный. Но врач нас осмотрел, достаточно долго беседовал, и конце концов, написал диагноз «практически здоров».

После этого, как сказала руководитель школы, я опять звоню в Департамент, чтобы узнать, когда удобнее всего нам подъехать для дальнейшего рассмотрения нашего «нелегкого дела». Но там мне снова напомнили, что всем остальным должен заниматься директор той школы, куда мы подаем заявление. Я, в свою очередь, сообщил о том, тот же директор направил нас, частным порядком, решать свои проблемы в Департаменте. Меня заверили, что на сей раз, директор нам не откажет. И мы снова направились в школу.

Приняли нас уже без особого энтузиазма, сказав, что получили указание «свыше» о принятии от нас пакета необходимых документов. Посмотрев заключение психологов, директор сказала, что такое заключение не подойдет. Необходимо указать, что именно умеет ребенок и почему именно сейчас готов пойти в 1-ый класс. Я ответил, что нам не смогли дать именно такое заключение, так как тоже не имеют права тестировать ребенка. Немного подумав, она сказала, что тогда надо, чтобы к данному заключению было бы написано, что ребенок готов к домашнему обучению по общеобразовательным программам начальной школы. И мы снова, отправились центр психологической помощи. Там согласились добавить эту формулировку, но, тем не менее, достаточно боязно, брать на себя такую ответсвенность, поэтому они должны написать, что ребенок готов к домашнему обучению при выполнении некоторых рекомендаций: занятия с логопедом (некоторые дефекты у нас, действительно имеются – буква «р» не всегда на «своем месте», но это не является препятствием перед поступлением в обычную общеобразовательную школу), занятия педагога-психолога по развитию эмоциально-волевой сферы личности (но опять же, одно другому не мешает). Нам выдали новый документ, и мы снова пришли в школу. Документы директор принял, но сказал, что быть зачисленными в этом году шансы у нас близки к «0». На моем лице снова отразилось недоумение. На это директор ответила, что наш случай достаточно проблемный, однако четкого определения нашей «проблемности» не дала. Договорились, что в течение 30 рабочих дней будет принято решение.

Спустя месяц нам ответили. Директор позвонила и сказала, что она очень сожалеет, но все было напрасно, и в зачислении в этом году нам отказано. Так как мы имеем право на письменный мотивированный отказ, мы можем явиться за ним в школу. На следующий день, с полным смирением, я явился, дабы получить уведомление об отказе в зачислении и выяснить причину этого отказа.

Теперь руководитель школы не была уже такой дружелюбной, как прежде. Видно было, что все эти «напряги» с нами ей же порядком надоели. Она нам сообщила, что по нашему вопросу совещание проходило не одинь день, но все же было принято решение комиссии по соблюдению гарантий прав граждан на получение общего образования в муниципальных общеобразовательных учреждениях об отказе зачисления в первый класс нашего ребенка, как не достигшего возраста 6 лет 6 месяцев. К тому же, директор заявила, что она нас предупреждала, что у нас ничего не получится, потому как мы еще и «р» не выговариваем, а это достаточно значимый дефект. Я спокойно ответил, что, видимо, ей просто не известно, что данное обстоятельство не может являться причиной отказа в обычное общеобразовательное учреждение, потому как в данной конкретной школе отсутствует углубленное изучение иностранного языка. Такой ответ ей не совсем понравился. Она что-то попыталась мне невнятно возразить, но потом, не нашла ничего лучше, как сказать, что так и быть с этим она согласна, но возраст — это веская причина. Зачем тогда ей вообще нужно было отходить от темы возраста? Потом, в разговоре она упомянула, что хотя и при первой встрече с нашим ребенком она пришла в восторг от его знаний, все-таки теперь у нее изменилось обо всем об этом мнение. И она не видит явной причины учить ребенка читать, считать, писать, учить таблицу Менделеева пр. раньше, чем он придет в школу. Я поинтересовался почему (мне казалось, что к встрече со мной немного подготовились, и хотя бы, ясно будут аргументировать свою позицию). Но мне было просто сказано, что всему чему надо — их научат в школе, так не одно поколение училось, учится и будет учиться. Я, напомнил, что поколение, конечно, не одно училось, вот только время уже наступило совсем другое и качество образования необходимо менять, ведь наши дети не могут учиться по тем же программам, по которым учились их бабушки и дедушки. Но мне было сказано, что рассмотрение этого вопроса обычного обывателя, в моем лице, не касается.

Странно, а мне всегда КАЗАЛОСЬ, что всё, что происходит в моей стране, нас и наших детей касается напрямую! Но, оказалось, мне просто ПОКАЗАЛОСЬ…………….)))

Самара, апрель — май 2012 г. Гельмут Лоцман

Comments are closed.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *